Архетипическая терапия чувства вины
Дмитриева Н.В., Антилогова Л.Н., Красовская Н.Р.
Известно, что вина - это сложная эмоция неудовольствия, возникающая при нарушениях морального, этического или религиозного характера в ситуациях, в которых субъект чувствует личную ответственность.

Согласно нашим наблюдениям, эффективность работы с внешними и внутренними конфликтами, вызывающими чувство вины, обеспечивается использованием архетипической психотерапии и проективных карт [2,3, 5-7,10]. Особенно результативной становится эта работа при анализе отношений с использованием треугольника С.Карпмана [1,4,8,9].

Приводим фрагменты архетипической терапии, направленной на избавление от чувства вины и на исцеление нездоровых отношений матери и сына.
На приеме 60-летняя женщина-дизайнер, мать двоих сыновей 38 и 42 лет. Состоит в единственном браке 42 года. Жалобы на чувство вины «за то, что много работала и недодала внимания детям» и частые конфликты с младшим сыном. Обратилась за помощью с целью избавиться от вины и улучшить отношения с сыном.
П: Что является причиной конфликтов?

К: Муж считает, что я мешаю детям спокойно жить, лезу с советами и хочу присутствовать в их жизни. Оба женаты, старший живет в другом городе, младший живет с женой в соседнем доме и много пьет.

П: Почему вы вмешиваетесь в их жизнь?

К: Не могу привыкнуть, что они больше во мне не нуждаются. Считаю, что мой жизненный опыт им необходим.

П: А вы не пробовали сепарироваться от сыновей, позволив жить своей жизнью?

К: Пробовала, не выходит.

П: Чего вы хотите?

К: Чувствую себя виноватой за то, что уделяла детям мало внимания. Вина заставляет меня страдать.

П: Оцените выраженность чувства вины на данный момент по 10-ти бальной шкале от 0до 10.

К: 8 баллов.

П: Чувство вины требует наказания. Кому и как вы разрешаете наказывать себя?

К: Меня наказывает младший сын. Я страдаю от того, что он не хочет работать и пьет. Я виновата, что была далеко не идеальной матерью.

П: Как выглядит идеальная мать?

К: Она проводит с ребенком много времени, дает все, в чем он нуждается, уделяя максимум внимания в свободное от работы время.

П: Что мешало быть идеальной?

К: Нехватка времени. Мы с мужем вкалывали на нескольких работах, а дети по вечерам были предоставлены сами себе.

П: Давайте представим, каким бы вырос ваш сын при наличии идеальной матери?

К: У него была бы другая жизнь. Он любил бы работу, семью, детей, у него были бы друзья и интересы, ради которых стоит жить.

П: Почему вы считаете, что ему нужна именно такая жизнь? Пусть делает свой выбор. Где гарантия того, что при максимуме внимания он не стал бы еще хуже? Ищите в плохом хорошее. Как у Губермана:

Мой разум честно сердцу служит,
Всегда шепча, что повезло!
Что все могло гораздо хуже…
Еще печальней быть могло.

П: Что дает вам чувство вины?

К: Оправдывает необходимость оказания помощи детям даже тогда, когда мне это нужно больше, чем им.

П: Слышали, что «благими намерениями выстлана дорога в ад?»

К: Конечно. Но как компенсировать вину за то, что ради работы сдавала их в ясли и детский сад?

П: Среди миллиардов детей на планете ваши были далеко не единственными, кто провел детство в дошкольных учреждениях.

К: И их матери тоже жалеют об этом.

П: Был ли у вас другой выбор?

К: Нет.

П: Давайте думать, для чего вам нужно мучиться от чувства вины и что хорошего она вам дает? Если вы поймете, что вы-идеальная мать, сделавшая все, что могла, если уйдет вина, что придет ей на смену? Что будете чувствовать?

К: Радость и облегчение.

П: Что хорошего дает вам чувство вины?

К: Смеетесь? Что может быть в ней хорошего?

П: Это мы и попробуем выяснить. Выберите из набора «Inner active cards» в открытую три карты, которые вам нравятся и ассоциируются с вашим отношением к сыну, которое вы считаете позитивным и оцениваете как благо для него.
Клиентка выбрала такие карты.
Рисунок 1. карты 1-3 иллюстрации позитивных качеств и действий, которые нравятся клиентке в себе самой (Персона).
Карта 1
Карта 2
Карта 3
П: А теперь выберите три карты, на которых вы себе НЕ нравитесь, несмотря на то, что оцениваете свое поведение в отношении сына как действия любящей и хорошей матери.
Были выбраны карты:
Рисунок 2. карты 4-6- иллюстрации негативных качеств и действий, которые клиентке в себе не нравятся (Тень)
Карта 4
Карта 5
Карта 6
П: Отложите в сторону эти «негативные» карты. Начнем с анализа «позитивных». Что вы видите на картинках и как они соотносятся с тем, что вы делаете?

К: Глядя на медведицу, опекающую медвежат, я чувствую вину за то, что не могла вот так же постоянно прикрывать от неприятностей своих детей. Вина требует компенсации. Чтобы ее загладить, я стараюсь быть рядом с сыном, хотя благодарности не вижу, «ни тебе «спасибо», ни тебе пожалуйста».

П: Вы сказали, что боитесь одиночества. Может быть переключить внимание на мужа, пока вы не превратились в одинокую медведицу как в песне?

Чья здесь вина? Я не пойму,
Ты мне ответь.
Вечно одна ты почему?
Где твой медведь?

П: Пусть рядом с сыном будет его жена, а вы-рядом с мужем.

К: Согласна, тем более, что сын мною недоволен.

П: Можно считать вас Жертвой в этих отношениях [1,4,8,9]?

К: В полной мере. На второй карте вижу Спасателя. Вот так и я, по первому зову бросаюсь спасать сына.

П: Что при этом чувствуете?

К: Мне хорошо. Я выполняю свой долг, чувствую себя хорошей и любящей матерью. Мне понравилась третья карта. Этот красивый бегун чем-то похож на меня.

П: Куда и зачем он бежит?

К: К сыну! Хочет сказать ему что-то важное, поделиться жизненным опытом, дать правильный совет.

П: И как сын реагирует на ваши советы?

К: Слушает, но делает по-своему.

П: Что при этом чувствуете?

К: Страшный гнев и обиду. Но, с другой стороны, я понимаю, что я успешна, а он пока нет. И его это сильно раздражает. Видимо, я как-то не так доношу информацию. Что-то в этом вопросе не доделываю.

П: Правильно ли я поняла, что, несмотря на игнорирование ваших советов, вы продолжаете бежать за сыном, с целью «догнать и осчастливить насильно»? Не напоминают ли вам эти действия тактику Преследователя?

К: Похоже.

П: Подведем итог: изображения на понравившихся вам картинках напрямую связаны с вашим поведением по отношению к сыну. И вы себе в этих трех ролях нравитесь?

К: Да, несмотря на то, что треугольник драматический, я считаю его позитивным. Находясь в нем, я поступаю так, как будет лучше.

П: Положите каждую из выбранных вами «позитивных» карт (1-3) рядом с ролями жертвы, спасателя и преследователя, которые вы играете в отношениях с сыном.
Женщина раскладывает «позитивные» карты в треугольнике ее отношений с сыном.
Рисунок 3. карты 1-3 иллюстрации ролей клиентки в треугольнике С.Карпмана, которые нравятся, одобряются и принимаются ею (Персона)
П: Так вы ответили на вопрос о том, что хорошего дает вам чувство вины. А что плохого дает чувство вины?

К: Сразу и не скажешь.

П: Посмотрите на треугольник, отражающий привычный для вас алгоритм отношений с близкими людьми. Чувство вины заставляет вас входить в треугольник и начинать отношения с позиции Жертвы. Чтобы компенсировать вину, жертва переходит в позицию Спасателя. Однако, ваши усилия по спасению сына в этой роли не ценят, вас не хвалят, не благодарят, а, поскольку вы нуждаетесь в признании, вы начинаете их требовать (бежите вслед за сыном как бегун на карте), переходя из Спасателя в Преследователя. Вы сказали, что вам это нравится.

К: Теперь я вижу, что плохого в моей вине. Плохо, что жизнь сына к лучшему не меняется.

П: Что еще плохого в чувстве вины?
Женщина молчит.
П: Посмотрите на три негативных карты (4-6), которые лежат в стороне. На них вы себе не нравитесь, несмотря на то, что оцениваете свое поведение как действия любящей и хорошей матери.

П: Что вы видите на картинках, как они соотносятся с ролями жертвы, спасателя и преследователя и какие чувства у вас вызывают?

К: На карте 4 –я в момент гипертонического криза жертвую здоровьем ради сына и то, что я вижу, мне не нравится.

П: Почему, несмотря на участившиеся кризы, вы позволяете сыну так пренебрежительно к вам относиться? Может быть потому, что вам нравится, когда вас жалеют и тем самым, вы получаете внимание, которого вам не хватает?

К: Да.

П: Чем вам не понравилась карта 5?

К: На ней рыцарь-спасатель. Он собирается помочь узнику в замке. Но, если взглянуть внимательно, возникает вопрос: почему, собираясь его спасать, он отвернулся от своей цели, почему стоит спиной к замку и остановился на пол-пути? Появляется напряжение и недоверие к нему. Такое ощущение, что он больше думает о себе, поэтому и одет в такую мощную защитную одежду.

П: Что вы видите на карте 6?

К: Вижу большое ружье, с помощью которого солдат преследует врага.

П: Что он сделает с жертвой, если догонит?
После долгой паузы последовал ответ:
К: Убивать не будет. Возьмет за руку и потащит в плен, в тот самый замок на карте 5.

П: Эти картинки как-то соотносятся с вашей жизнью?

К: Да, но они мне страшно не нравятся. И почему я их выбрала?

П: Положите каждую из «негативных» карт (4-6) рядом с ролями жертвы, спасателя и преследователя, которые вы играете в этом треугольнике.
Женщина, вздыхая, распределяет карты по вершинам треугольника.
Рисунок 4. карты 4-6- иллюстрации ролей клиентки в треугольнике С.Карпмана, которые НЕ нравятся и НЕ одобряются ею (Тень)
П: Что чувствуете, глядя на карты?

К: Тяжесть в сердце.

П: Это телесный ответ на вопрос «Что плохого в чувстве вины?»

П: Подведем итог: В каждом из двух треугольников присутствуют архетипы Жертвы, Спасателя и Преследователя [1,4,8,9]. Каждый из архетипов имеет два полюса, персонологический (позитивный) и негативный. Вам понравились карты «позитивного» треугольника потому, что на них отображены позитивные полюса трех архетипов, реализующих явный конструктивный мотив вашей деятельности. Это-ваша Персона, которую вы открыто демонстрируете. Вам кажется, что мир требует от вас фасада хорошей матери, и вы стараетесь для получения социального одобрения сформировать этот образ, задействуя позитивные полюса архетипов Жертвы, Спасателя и Преследователя. А теперь посмотрите на «негативный» треугольник, который вам не нравится. Это ваша Тень, в которой присутствуют негативные полюсы вышеописанных архетипов, проявляющиеся чертами характера, которые кажутся вам отрицательными, неприемлемыми и поэтому вам не нравятся. Вы прячете их глубоко в бессознательном. Но именно Тень, реализуя скрытый манипулятивный мотив ваших истинных намерений и неудовлетворенных потребностей, реально руководит вашей жизнью. Наша задача: нейтрализовать конфликт между Персоной и Тенью, осветив Темную сторону вашей личности лучом света, отыскать в Тени неиспользованные ресурсы - помощники в избавлении от чувства вины.

К: Расскажите подробнее. Откуда взялись эти треугольники?

П: Стивен Карпман предложил Эрику Берну систему анализа игр в виде треугольника [1,4,8,9]. В игре есть скрытый неосознаваемый мотив. Если я его осознаю-это манипуляция, если не осознаю-это психологическая игра.

К: Разве спасать людей плохо? Что плохого в спасателе?

П: Отвечу на вашем примере. Вы, как спасатель, считаете себя благополучной, а сына – нет. Игнорируя его способности, вы ставите его в позицию снизу, навязывая свои советы из позиции сверху. Вам хочется отдачи в виде признания ваших усилий. Не получая «спасибо» и гневаясь, вы загоняете агрессию вглубь себя, провоцируя гипертонический криз, но получая внимание пусть и таким нездоровым способом. Вы компенсируете вину, взвалив на себя ответственность за жизнь сына. Решая его проблемы, вы устаете, энергии и сил для улучшения личной жизни не хватает. Муж страдает, когда вы помогаете сыну, но ваше чувство превосходства (я мудрее, я знаю, как надо) мешает выйти из треугольника. Спасая сына, вы игнорируете свои потребности и перестаете их чувствовать, но ваша цель– ориентация на социум и его мнение о вас как о хорошей матери. Заботясь о других, вы делаете их зависимыми от себя, формируя созависимые отношения, увеличивая число жертв. Пребывание в треугольнике вам выгодно. Не умея по-другому ощутить чувство значимости и реализовать потребность быть нужной, вы выбрали игру, дающую поглаживания и удовлетворенность (я- молодец и живу не зря).

К: Что плохого в роли жертвы?

П: Спасатель игнорирует свои потребности, а жертва - свои способности решать проблемы, она убеждена в собственной беспомощности. Жертвы находится внизу равностороннего треугольника. Как самая энергетически ненасыщенная, она жаждет проявиться и заявить о себе, но делает это не самым здоровым способом, игнорируя свои способности к самопредъявлению. Жертва может проявить себя только в игре. Став спасателем или преследователем, реализует мотив: «теперь каждый от меня получит!» Жертвы любят страдать и создавать ситуации страдания. Они бегут от ответственности, перекладывая ее на других. Ваш сын, из которого вы делаете жертву своей помощью, запивает алкоголем недовольство вами и жизнью. Лишая его самостоятельности, вы превращаете его в психологического инвалида. Но инвалиды бывают разные. Одни пьют и клянут несправедливость, а другие уходят из треугольника в паралимпийские игры.

К: Чем плох преследователь?

П: Преследователь игнорирует способности и возможности людей, ценность их труда и достижений. Вам выгодно быть благополучной на фоне сына (жертвы). Так вы тешите оскорбленное самолюбие и подпитываете чувство собственного превосходства. Вы играете в преследователя по следующему механизму: я знаю, что я плохая мать, сын которой ничего не добился в жизни. Я стараюсь ему помогать, но он этого не ценит и мне остается только ругаться с ним и нападать на него потому, что он ко мне несправедлив. Выбрав преследование как средство избавления от чувства вины (выживания), испытывая гнев и возмущение, вы нарушаете границы сына, стремясь доказать, что виноваты не вы, а он. Преследователь ищет жертву. С ней ему спокойней и безопасней. Вы смакуете, холите и лелеете вину, т.к. с ее помощью попадаете из преследователя в спасателя, и игра становится образом жизни.

П: Один и тот же человек может одновременно находиться в разных треугольниках и играть разные роли. Можно, например, в рамках одного (внешнего) треугольника быть в отношениях с детьми жертвой, круто преследовать своего мужа и спасать подчиненных на работе. «Жизнь» треугольников может продолжаться от одной минуты до десятилетий. Когда никто не хочет участвовать в наших играх, или у нас есть свободное время, мы играем с собой с целью подтвердить собственную позицию, выбранную роль и жизненный сценарий. Если нет желающих помочь нам в этом извне, мы организуем игру внутри себя, выстроив внутренний, невидимый треугольник.

Ваш «позитивный» внешний треугольник отражает явный мотив, проявляющийся в отношениях с близкими людьми, а ваш внутренний, невидимый глазу, «негативный» треугольник отражает игру с самой собой и ваш скрытый мотив. Вы одновременно бегаете по двум треугольникам, играя в игры и манипулируя, так как пока не осознали вредоносности таких действий. Как только вы поймете, какую деструкцию вносите в свою жизнь и жизнь близких такими играми, вы выскочите из треугольников и начнете честно говорить о своих желаниях и потребностях и удовлетворять их здоровыми способами.

П: Расскажу, как вы играете с собой в границах «негативного» треугольника. Как только просыпается ваше чувство вины, рождается мысль, что вы были плохой матерью и должны чем-то пожертвовать. Для искупления вины вы входите в треугольник с позиции Жертвы. Ваш Спасатель говорит:

-Давай компенсируем вину и поможем сыну.

Вы думаете о том, чем бы еще ему помочь, и помогаете. Не получив ожидаемой похвалы, благодарности и подтверждения того, что вы- хорошая мать, вместо того, чтобы попросить об этом открыто, вы включаете манипулятора. Вам хочется ответной любви и ощущения близости, которых нет. Более того, сын принимает помощь, берет деньги, но дает понять, что не удовлетворен. С ваших слов, он сказал: «Ты виновата в том, что часто меня оберегала, внушив уверенность, что всегда будешь рядом. Откуда в такой ситуации появится желание что-то делать?»

После таких обвинений вам становится плохо. Ваш Преследователь начинает ругаться, нападать на вас и говорить:

-Ну и зачем ты так мучились? Неужели не понимаешь, что ты им мешаешь жить?

Вам становится себя жалко и вы опять превращаетесь в жертву. Она себя жалеет и говорит:

-Тебя никто не любит, ты никому не нужна.

Вместо того, чтобы оставить всех в покое и начать самой любить себя, вы либо на какое-то время перестаете преследовать сына, либо повторяете ту же историю, но используете другие формы поддержки. Скрытый, неосознаваемый мотив участия в игре звучит так: Я буду искупать вину, спасая сына оказанием помощи, но каждый раз не до конца. Если он станет самостоятельным и перестанет нуждаться во мне, то кого я в таком случае буду спасать и за счет кого смогу удовлетворить невротические потребности в контроле и власти? Если я пойму, что мое чувство вины ложное, и мне придется выйти из треугольника, осознав, что я ни в чем не виновата, мне придется сформировать конструктивный явный мотив-принять сына таким, как есть, успокоиться и начать любить себя, концентрируясь не на том, что хочет сын, а на том, чего хочу я. Чем сильнее явный мотив-полюбить себя, тем выше моя самооценка. Негативное мнение о себе как о плохой матери трансформируется в позитивное: «Я –хорошая мать, сделавшая все, что могла». Если выйдите из треугольника, значит победил явный мотив, если оставите все, как есть, значит победил скрытый мотив. Вы остались Жертвой и все попытки начать жить по-другому не сработали. Вы выбрали игру с собой в знакомом треугольнике со скрытыми манипуляциями, отсутствием честности и невротическими способами удовлетворения потребностей.

Игру с собой можно проследить внешне, но чаще выбор стратегии игрового решения проблемы остается незамеченным, как и лежащий в его основе скрытый мотив: необходимость повзаимодействовать с собой таким образом, чтобы подтвердить свою позицию (жизненный сценарий) –«я виновата, поэтому помогаю, страдаю и поступаю правильно». Возможно, вы играете с собой потому, что вина и страдание –это те яркие чувства, которых вам не хватает в потерявших яркость и привлекательность отношениях с мужем.

П: Что вы чувствуете по поводу услышанного?

К: Я чувствую себя каким-то монстром, но, к сожалению, во многом вы правы.

П: Что еще плохого дает чувство вины?

К: Страдания и гипертонические кризы.

П: Понимаете ли вы, что ваше чувство вины ложное? Ведь важно не количество проведенного с ребенком времени, а качество. Как родитель вы не бросили сыновей, и они не голодали. Вы обеспечивали их, одевали, обували, формировали модель трудолюбия и сценарий «Работай». Ваша категоричность-«я -плохая мать и поэтому мой сын несчастен» возникла из-за нежелания отпустить его из своего лона. Он долго требовал свободы, а потом устал и петрифицировался (гибель плода), а вы отказываетесь это принять. Он не просил, чтобы его рожали и вам ничего не должен. Желание завести ребенка принимали вы. Дети подарили вам радость и счастье. Подарите им свободу! Отпустите и дайте право жить, как хотят. Возможно, вы не умеете жить самостоятельно, возможно, это форма проживания жизни с желанием быть нужной и значимой. Помогая сыну, вы подращиваете самооценку («Я-молодец! Я нужна!»), а он, с ваших слов, «не молодец», что еще больше подогревает чувство вины и подпитывает образ хорошей матери (позитивный полюс архетипа «Великой Матери»). Отсюда вопрос: «Почему вы актуализируете этот полюс только тогда, когда всем плохо, и не бываете искренне и безусловно любящей матерью всегда?»

П: Представьте, как бы вы жили, если бы сын, не дай Бог, родился инвалидом?

К: Плохо, я была бы постоянно привязана к нему.

П: Зачем вы делаете его психологическим инвалидом, помогая и не позволяя ходить самостоятельно? И чувство вины помогает вам в этом. Зачем провоцируете его болезнь (актуализация негативного полюса архетипа «Великой Матери» — пожирающая мать (синдром Мюнхгаузена) [14]? Уж не затем ли, чтобы потом, ухаживая за ним, ощущать себя хорошей матерью (позитивный полюс архетипа «Великой Матери» - любящая мать)? Таким образом, мы имеет дело со вторым конфликтом: между «пожирающей» и «любящей» матерью [10]?

Вы и так хорошая мать. Проблема в том, что существующие у вас представления о любящей и хорошей матери не соответствуют вашим же собственным ожиданиям и это порождает еще один – третий внутриличностный конфликт.

К: И что мне делать?

П: Изменить демонстрируемый социуму сценарий «Будь хорошей матерью, радуй других!» Приведу пример.

Недавно у нас на приеме была 42-летняя «девочка», никогда не работавшая, проживающая с родителями в рамках сценария «Не расти, не выходи замуж». В течение последних 10-ти лет она лечится от депрессии и считает своих родителей идеальными. Никогда не работавшая мать на протяжении 42-х лет не отходит от нее ни на шаг, оберегая и от проблем, и от самой жизни. Благодаря отцу, обе ни в чем не нуждаются. Родители не научили дочь самостоятельности, не давали проживать жизнь так, как она хочет. Пока она не избавится от этого сценария и не начнет жить сама, толку не будет. Вопрос к вам: что хорошего приобрели ваши дети от частых командировок, в которые вы ездили по работе? В чем плюсы этой ситуации для ваших детей?

К: Муж научился контактировать с детьми, они его очень любят. Они видели образ настоящего мужчины, ответственного за себя и семью. Мое отсутствие не помешало ему стать хорошим мужем и отцом. Старший сын научился жить самостоятельно.

П: Вы дали им возможность быть в контакте с самими собой, со своим чувствами, сделать выбор и решить, как жить дальше. Вы дали им право сформировать жизненный сценарий.

К: Но они выбрали разные маршруты!

П: Существует поговорка: «Что с человеком не делай, он все равно ползет на кладбище. Только скорость и маршруты разные». Я с ней не согласна. Ваши дети приняли разные решения. Старший решил: «Как бы плохо ко мне не относились, я - хороший и, несмотря на негатив, со мной ничего не случится!». Младший сделал другой выбор и вы в этом не виноваты. Вы дали им много ресурсов. Не мешайте сыну переписывать сценарий.

К: Разве я мешаю?

П: Конечно. Вы сказали, что сын не доволен вашим поведением. Таким образом он защищает себя и отстаивает границы. Вы из-за страха остаться одной и утратить ощущение близости в отношениях не «ставите его на место», не даете отпор. Вы не давали ему взрослеть, лишали самостоятельности, и вот, наконец-то он проявил себя. С одной стороны, - это деструкция. Мог бы вместо претензий к матери, отказаться от ее помощи, а, с другой, у него начал формироваться паттерн поведения жесткого лидера, «проснулась» часть его личности, которой захотелось себя проявить. Ваша задача-не блокировать эти проявления, а не мешать учиться контролировать социально неприемлемые формы их выражения. Вместо того, чтобы быть его спутником, вы хотите стать центром его жизни, жертвуя здоровьем и другими ресурсами. Оставьте его в покое и поймите, что вы-хорошая мать и вас в его жизни было ровно столько, сколько необходимо.

П: Почему вы продолжаете терзать себя, почему думаете о плохом? Представьте, что вы жуете лимон. Сразу выделяется слюна и во рту становится кисло. От того, каким образами мы «питаемся», зависит наше состояние. Почему вы не думаете о хорошем и не заполняете воображение радостными образами? Начните думать хорошо о своих детях, о внутреннем ребенке. Если мы его не любим, мы не можем полюбить детей безусловной любовью, в которой они нуждаются.

К: Все так, но почему я лезу в эти треугольники?

П: Люди играют в игры и ходят по треугольнику, чтобы:

1) Подтвердить базовые выводы про себя, других и про мир. Если базовый вывод сына состоит в том, что он несчастен и ему ничего не светит, его приоритетная роль в треугольнике-жертва.

2) Игра-это способ структурирования времени. Если бы вы направили время и энергию на себя, вам было бы не до взрослого сына.

3) Игры дают сильные эмоции-страсть, азарт и др. Когда жизнь скучна, пресна и безэмоциональна, помогают игры. Когда накал страстей в отношении к мужу снижается, можно добирать эмоции в конфликтах и играх.

4) Игра помогает получить поглаживание, подтвердить сценарий жизни (Я –хорошая мать, я - молодец, я правильно живу).

П: Одна из причин ваших игр-детские травмы, ссоры родителей и внедренный в вас сценарий «Страдай». Мне нравится китайская пословица: «Нам всем есть что предъявить своим родителям. И чем быстрее мы их простим, тем быстрее наши дети простят нас». Простите родителей и сыновей, перепишите нездоровый сценарий. Отказавшись от него, сепарируясь от сына, вы полюбите себя и сможете четно сказать: «Да, у нас были нездоровые отношения, но я справилась и мне не стыдно признаться, что чрезмерной опекой я чуть не задушила сына (архетип «пожирающая» мать). Мне пришлось над этим работать и я справилась! В результате получила новое отношение к нему, к себе и к жизни. Да, у меня такой ребенок. Я люблю его (архетип «любящая» мать) и принимаю таким, как есть, и это дает нам обоим чувство близости и безопасности».

К: Как выйти из треугольников?

П: Искать стратегии прямого (без игры) удовлетворения потребностей, честно и открыто просить о том, в чем нуждаешься. Прочитайте книгу С.Карпмана «Жизнь, свободная от игр». Перечислю краткие рекомендации автора:

1) отследите свое место в треугольнике и осознайте, чего хотите в этой роли достичь;

2) бегите из треугольника. Найдите способ получить желаемое без игры. Прямо говорите о своих эмоциях. Проявляйте их. Удовлетворяйте потребности неигровыми способами;

3) учитесь осознавать свои потребности. Несколько раз в течение дня спрашивайте себя: «Чего я хочу, что чувствую, почему мне плохо и что я делаю? Как я могу получить желаемое?».

4) учитесь видеть приглашения в игру и тех, кто вас в нее вовлекает.

5) изучите то, что вы игнорируете. Если вы продолжаете игнорировать способности сына самостоятельно решать проблемы, вы можете снова войти в треугольник, но уже с пониманием того, что это плохо кончится.

И наконец, когда вас снова накроет чувство вины, вспоминайте известную фразу: «Мы все не идеальны и не безупречны, и сколько бы мы не давали своим детям, им всегда будет что рассказать психоаналитику». Идеалогизируйте себя этой терапевтической идеей и помните о ней всегда.

П: Как теперь поживает ваше чувство вины? Какова его выраженность по 10-ти бальной шкале?

К: Ее больше нет, спасибо.
Комментарии: причинами ложного чувства вины клиентки по отношению к сыну явились три внутриличностных конфликта:
Первый: между архетипами «Персона» и «Тень».
Второй: между двумя полюсами архетипа «Великой Матери» -«пожирающей» и «любящей» матерью.
Третий: между несовпадающими друг с другом представлениями клиентки об образе любящей матери и ее собственными ожиданиями.
Использование архетипической терапии, направленной на устранение конфликтов, привело к исчезновению чувства вины.
Библиографический список
  1. Берн Э. Игры, в которые играют люди. Люди, которые играют в игры. – М. : Эксмо, 2008. – 576 с.
  2. Дмитриева Н.В. Дочки-матери. Любовь-ненависть/Н.Дмитриева.-СПб., «ГАЛАРТ+», 2018.-388с.
  3. Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. Архетипы К.Г. Юнга. К истории вопроса // Медицинская психология в России: электрон. науч. журн. – 2017. – T. 9, № 5(46) [Электронный ресурс]. – URL: http://mprj.ru (дата обращения: дата обращения: http://www.mprj.ru/archiv_global/2017_5_46/nomer01.php) Макаров В. В., Макарова Г. А. Сценарии персонального будущего. – М. : Академический проект; Гаудеамус, 2008. – 383 с.
  4. Перевозкина Ю.М. Влияние личностных особенностей на отношение к мифологическим персонажам // Сибирский педагогический журнал. 2008. № 13 (42). С. 315-324.
  5. Перевозкина Ю. М., Перевозкин С. Б., Дмитриева Н. В. Архетипические детерминанты модели ценностно-ролевых установок в браке // Мир науки, культуры, образования. 2015. №1 (50). С. 191-195.
  6. Перевозкина Ю.М., Дмитриева Н.В., Перевозкин С.Б., Рюмина Т.В., Ганпанцурова О.Б. Построение конструкта для изучения доминантного архетипа // Сибирский педагогический журнал. 2013. № 3 (94). С. 167-174.
  7. Стюарт Я., Джойнс В. Современный транзактный анализ – СПб., 1996. – 330 с.
  8. Штайнер К. Сценарии жизни людей. Школа Эрика Берна – СПб. : Питер, 2003.
  9. Юнг К. Г. Структура психики и архетипы. М.: Академический проект, 2007. – 303 с.
Источник: Дмитриева Н.В., Антилогова Л.Н., Красовская Н.Р. АРХЕТИПИЧЕСКАЯ ТЕРАПИЯ ЧУВСТВА ВИНЫ // Инновации в науке: научный журнал. – № 5(81). – Новосибирск., Изд. АНС «СибАК», 2018. – С. 52-59.
Made on
Tilda